№10 (197) от 1 апреля 2026 г.
Наше издание продолжает серию публикаций, посвященных проблеме нападений собак на жителей. В этот раз поводом для возврата к теме послужило рассмотрение вопроса на профильном комитете городского совета. Увы, обсуждение вскрыло фундаментальную проблему – никаких реальных мер по изменению ситуации никто не предлагает. Все сводится к банальному переливанию из пустого в порожнее. В лучшем случае звучат предложения о применении «косметических мер», которые смогут немного приукрасить ситуацию. Но ни в коем случае никто не решается заговорить о главном – о необходимости менять законы в этой сфере. Ведь и причины происходящего давно известны, и пути выхода из тупика успешно реализуются. Правда, не в нашем регионе.
Метод кнута
Впрочем, утверждать, что никаких рациональных предложений не звучало – было бы не совсем верно. Предложения звучали. Вот только глобально ситуацию озвученные меры переломить не в состоянии. Например, в ходе бурного обсуждения речь зашла об ужесточении наказания для орловцев, которые прикармливают бездомных собак во дворах многоэтажек, на детских площадках, в местах массового скопления людей. Соответствующая норма закона уже принята на региональном уровне. Но реально этот запрет совершенно не работает. Нет механизма привлечения нарушителей к ответственности. И депутаты в который раз заговорили о необходимости ужесточения наказания для тех, кто кормит хвостатых «бродяг». С народными избранниками были абсолютно солидарны и представители Спецавтобазы: если прекратить практику кормления собак, то исчезнет как минимум одна из причин нападения на жителей. Наше издание уже писало в материале «Клыкастый террор: выхода нет?» в 2020 году, что бродячие собаки порой нападают на прохожих не потому, что хотят причинить людям вред. Ни в коем случае! Просто хвостатые «террористы» привыкли, что им кидают подачку. Собаки начинают воспринимать это как непререкаемое правило. Дал «вкусняшку» – проходи. Не дал – собаки хватают человека за одежду и тормозят его, требуя «плату за проход». При этом собаки не пытаются травмировать прохожего, а именно хватают за край одежды. И действительно, в этом случае запрет кормления на 146% сработает. Собаки перестанут терроризировать прохожих и требовать плату в виде еды. Но «хвостатый террор» – лишь одна из причин, почему собаки проявляют агрессию. И здесь необходимо разбираться не с вершками, а с корешками. Мы обязательно осветим все «корешки» в конце нашего материала.
Цифры с потолка
Хорошая попытка начать распутывать гордиев узел проблемы с собаками все же была предпринята в ходе комитета. Депутаты отметили, что по-хорошему начинать необходимо с определения численности бездомных собак. Ведь от того, сколько бегает по городу хвостатых беспризорников, должен зависеть и размер финансирования борьбы с ними. Между тем точного числа «бродяжек» никто не знает. Когда полномочия по отлову собак передавали с уровня региона на уровень муниципалитета, логика была чисто чиновничья – сколько денег тратили в прошлом году на отлов, примерно такую же сумму заложим и на следующий. При этом не учитывались важнейшие составляющие, а именно: какова была эффективность работы в прошлом году и какие результаты хочется получить в следующем? Депутаты городского совета отметили, что если отлов «бродяг» не привел к сокращению числа нападений, то, как минимум, эта работа и, соответственно, финансирование явно недостаточны. Чтобы переломить ситуацию, хотелось бы для начала понять объем предстоящего отлова. И тут – полнейшая неопределенность. Ни числа бродячих собак, ни динамики изменения их численности (а дает ли вообще эффект проводимая работа по стерилизации) никто толком не знает.
И вполне логично из этого тезиса вытекает второй. Необходимо действовать не только по направлению отлова/стерилизации, но и ужесточать контроль за домашними собаками. Ведь ни для кого не секрет, что пополнение стройных рядов бродяг идет не только за счет уже живущих в городских трущобах. Постоянно идет подпитка уличных стай и за счет тех, кого выбрасывают, кто теряется или кто сам сбегает от хозяев «на вольные хлеба». И, увы, по этому вектору (то есть по ужесточению контроля за домашними питомцами) никакой информации на комитете не прозвучало.
Зато депутатам напомнили, что, согласно статистике Роспотребнадзора, число нападений на людей домашних питомцев практически равно числу нападений «бродяг». И если брать проблему в целом (не только нападения бездомных, а вообще укусы собак), то наведение порядка с содержанием домашних питомцев должно стать не менее важной задачей, чем отлов. Сколько бы собак ни стерилизовали, если власти не знают ни точного числа бродяг, ни процента пополнения их популяции за счет сбежавших питомцев, вся работа по программе ОСВВ (отлов, стерилизация, вакцинация, выпуск назад) напоминает переноску воды решетом. Кроме того, среднестатистическому орловцу совершенно без разницы, укусила его домашняя собака, которую не дрессировали по всем правилам, или напала на него бродячая псина. Люди хотят жить в безопасном городе: спокойно кататься на велосипедах, бегать утром по паркам, ходить по Орлу без страха быть покусанными. Наконец, родители хотят спокойно отпускать детей в школы, на секции или гулять во дворе. В приоритете должны быть жизнь и здоровье людей!
Косметические процедуры
Выступавшие чиновники также делали упор на формальное исполнение программы отлова, стерилизации, вакцинации и возврата (ОСВВ), совершенно игнорируя суть, а именно – бессмысленность разовой вакцинации и неработающий механизм определения агрессии (но к этим моментам мы еще вернемся особо). В городе в 2025-м были зафиксированы 1 223 случая нападений собак (причем бездомные составили 742 случая). С начала года уже отловлено 67 собак, нападений зафиксировано 129. Поступило 147 обращений от жителей об отлове, – сыпали цифрами выступавшие.
Игорь Коновалов
Депутат Игорь Коновалов отметил, что работу администрации оценить по озвученным цифрам нереально, так как сравнивался неполный 2024-й с полным 2025-м, а приведены данные лишь за минувший год. И понять из этого, ухудшается ситуация, улучшается или стоит на месте – нереально. Также обстоят дела с финансированием. В 2025 году было выделено порядка 10 миллионов рублей (позднее выяснилось, что даже эта цифра неверная. То есть чиновники не только не знают число собак и сколько необходимо средств на их отлов, но даже путаются, сколько же было потрачено). На 2026 год заложено около 7 миллионов, но необходимо учитывать инфляцию. Услуги, стоимость препаратов, ветеринарная помощь и многие другие составляющие ОСВВ заметно подорожали за год. И даже с учетом инфляции сокращение суммы уже позволяет предположить, что работа будет идти менее эффективно, чем годом ранее, отметил депутат Игорь Коновалов. И при этом уже по 2025 году депутаты видят нехватку средств. То есть получается, что работа строится не по принципу решения проблемы, а «для галочки», чтобы проверяющие структуры видели – отлов ведется, а на жалобы жителей реагируют. Но ни о какой реальной эффективности пока говорить не приходится.
Недавно назначенный заммэра по ЖКХ пока мог только принимать информацию к сведению. Будет ли пересматриваться бюджет и удастся ли наскрести в нищем городском бюджете средства – вопросы скорее риторические. Ведь самое главное, что жители не получают решения своей проблемы. Агрессивных собак отлавливают и бережно возвращают на прежнее место. Бирка в ухе не делает собаку менее опасной – рефреном повторялось в течение всего обсуждения вопроса. Но выводы из этой аксиомы никто так и не сделал.
Начальник городского управления строительства, дорожного хозяйства и благоустройства Никита Митряев отметил, что строка расходов по отлову собак дотируется из вышестоящего бюджета, и все упирается в то, готов ли город освоить дополнительные средства, если они поступят? Что именно имел в виду начальник профильного управления, увы, он не уточнил. Но с большой долей вероятности, речь про многострадальный городской приют, куда должны привозить отловленных собак. И тут все очень печально.
Также печально, как и тот факт, что в ходе обсуждения вопроса основной акцент делался не на разрешение проблемы как таковой, а на то, чтобы формально борьба с собаками выглядела безупречно. Так, например, главный упрек депутатов в сторону городских властей был в том, что не налажена система сбора жалоб от населения. Депутаты сетовали, что люди зачастую просто не знают, куда им обращаться, чтобы поймали, привили, повесили бирку на ухо и бережно вернули на прежнее место ту или иную собаку. Также народные избранники жаловались на то, что нет контроля за исполнением жалоб жителей. По мнению выступавших, отсутствует связь жителей с властями по поводу поступивших заявок. От орловцев во время звонка требуют кучу информации: какие приметы были у покусавшей прохожего собаки, где произошло нападение, при каких условиях. А что дальше? После обращения люди не знают, было ли вообще взято в работу их обращение. Ловили собак или нет? Депутаты приводили конкретные жалобы и адреса, по которым орловцы месяцами ждут отлова агрессивных особей. И жители понятия не имеют, будет ли выполнена их заявка.
«Я являюсь депутатом уже 11 лет. И каждый год мы собираемся, рассказываем, как кому надо работать, как отлавливать. Из года в год одни и те же вопросы, одни и те же проблемы. Но по истечении 11 лет ничего не поменялось. На сессии горсовета у меня вопрос был: нам хватает того финансирования, что выделяется? Мне ответили, что «финансирования не хватает. Мы работаем в рамках того, что выделяется». И что мы видим? Финансирование не увеличивается. Ситуация не меняется. Спецавтобаза будет работать, как и работала. Белгородский подрядчик, который пришел порядка 6 лет назад, – контроля за его работой нет и не было. И мы раз за разом говорим, что надо осуществлять контроль. Но что в итоге? Все послушали, покивали, и на этом всё закончилось. И можете быть уверены, в следующем году мы точно так же соберемся, и все будет также нехорошо с этими животными. Мое предложение – ставить этот вопрос в повестку не раз в год, а ежеквартально, и разбираться с этим регулярно. Может быть, выездную комиссию собрать и посмотреть на месте в питомнике – как там идет учет. Причем, не предупреждая о нашем визите. А том нам постоянно говорят, что учет ведется. Но люди жалуются, что по полгода жалобы жителей игнорируются», – отметил Игорь Коновалов.
Приют «аль денте»
Уже в который раз на комитете зашла речь и про многострадальный недоделанный приют на территории Спецавтобазы, который область в прямом смысле спихнула на плечи города. На комитете выяснились потрясающие детали. Например, что обещанные в прошлом году областью деньги на доделку этого строения так и не дошли до города. И в этом году Орёл опять замер в ожидании: поступят ли средства, чтобы доделать все то, что в прямом смысле «наваяли» строители под чутким присмотром областных чиновников? Все недоделки и просчеты в проектировании по-прежнему ждут своего шанса на исправление. А без переделки приют нормально работать не может. Даже если чудо произойдет, и область с барского плеча выделит побольше средств на отлов, сможет ли город пустить их в работу без действующего приюта?
Пока же полусырой, или, как говорят гурманы, «аль денте» приют не принимает пойманных животных. Удивление депутатов вызвала такая мелочь, как довольно значительные расходы на отопление пустующего здания приюта. Представители мэрии попытались объяснить, что приют не законсервирован. А это означает, что если здание не топить, то оно начнет разрушаться. И любой дальнейший ремонт будет обходиться все дороже и дороже. Поэтому город вынужден тратить средства и на тепло, и на прочие коммунальные расходы. Депутаты не согласились с таким подходом, посчитав, что в ситуации, когда городу не хватает средств на питание школьников, тратить деньги на отопление пустующей бетонной коробки не очень рационально. Впрочем, представители мэрии остались при своем мнении – городу нужно сохранить приют и не допустить его разрушения. Ведь когда-нибудь это строение все же начнет работу, ради чего его и переделывали из бывшего свинарника. Кстати, мы уже писали, что гораздо дешевле было бы построить приют с нуля, как это сделали наши соседи. Которые не просто за сопоставимые средства смогли построить и ввести приют в эксплуатацию примерно в те же сроки, но и получили на выходе в разы больше мест для содержания животных.
Кстати, вишенка на торте: представители мэрии уже в который раз отметили, что орловский приют был передан городу «добровольно-насильственно». И деньги на доделку приюта – далеко не единственная появившаяся строка расходов. Орлу нужно теперь искать еще и средства, чтобы содержать это учреждение. Когда полномочия передавались от области к муниципалитету, предполагалось, что город вместе с полномочиями получит и средства на содержание приюта. Но как только здание по бумагам оказалось передано, то обещания о финансировании текущих дел областью сразу же были забыты. Депутатов в ходе комитета скромно попросили, если есть такая возможность, напомнить «старшим товарищам» из облАда, что городу нужны средства не только на исправление всех многочисленных «косяков», но и на текущую работу. Пока же затраты на повседневный быт приюта областной центр ищет в своей небогатой казне.
Небесплатные укусы
В беседу вмешался присутствовавший на комитете представитель прокуратуры и поинтересовался, а владеют ли чиновники цифрами – сколько бюджет заплатил пострадавшим от укусов бродяг? Или хотя бы – какова средняя сумма, которую присуждают в судах пострадавшим? Чтобы можно было понять размеры дыры в бюджете на тот случай, если все без исключения пострадавшие начнут обращаться за защитой своих прав. Увы, ответа не последовало. Хотя логика человека в погонах опять же очень органично укладывалась в общую канву обсуждения. Вместо того, чтобы двигаться в сторону прекращения нападений собак на жителей, уже в который раз речь зашла о борьбе с последствиями. Как лучше сообщить о стаях, сколько платить пострадавшим, сколько заложить в бюджет на судебные издержки и отлов собак. Но это все не «корешки», а «вершки». Об устранении причин даже люди в погонах говорить не решаются. Хотя некоторые регионы нашей необъятной Родины все же набрались храбрости и решили проблему на корню – там внесли изменения в местные законы и перестали выпускать собак после отлова.
При этом депутаты и прокуроры прекрасно понимают, что есть огромный пласт людей, которые будут категорически против радикального решения вопроса с бездомными собаками. И потому трогать эту болезненную проблему не решаются, так как гораздо проще совершать косметические действия. Например, в который раз выдать поручения об улучшении сбора жалоб от населения (сейчас этот этап постоянно сбоит, многие орловцы даже не знают, куда обращаться для отлова). Или наладить встречи отловщиков на месте непосредственно с теми, кто подавал заявки на отлов. Чтобы жители видели – на место приехали, заявка отработана. А то, что собаку с биркой нельзя забрать с улицы… Ну, это уже мелочи. Так написано в законе. Словно закон – это какая-то священная скрижаль, которую всевышний торжественно спустил с небес, и потому даже сама мысль о попытке изменить содержание «скрижали» – какое-то неслыханное богохульство.
Бирка – не гарантия здоровья животного
На комитете затронули и еще чрезвычайно важный момент, касающийся здоровья собак. Мы уже писали о том, что однократная прививка от бешенства не гарантирует здоровье животного в течение всей его жизни (например, в материале «Собаки по людским законам не живут» в №4 (191) от 4 февраля 2026 г. https://orelsredaplus.ru/sobaki-po-lyudskim-zakonam-ne-zhivut/). А действующий закон, к сожалению, прописан так, что в рамках программы ОСВВ собаку можно только один-единственный раз поймать и также один-единственный раз привить. Если взять бешенство, то собак необходимо не просто однажды вакцинировать. Четвероногих обитателей орловских трущоб необходимо ежегодно (!) ревакцинировать от этой смертельно опасной болезни. По факту же собак ловят (и прививают) лишь однажды. И на все вопросы, почему собак не прививают повторно, чиновники, опять же, как священные скрижали, поднимают над головой закон и цитируют, что собака прививается только один раз. И нарушать закон невозможно, даже ради заботы о людях.
Самое обидное, что всем вроде очевидно и понятно – если закон не работает, его можно и нужно менять. Как минимум в той части, что касается вакцинации. Но опять же, когда дело доходит до реальных предложений, то тут – гробовая тишина. Никто из депутатов (в том числе и те, что задавали вопросы о ревакцинации и получили четкий ответ о невозможности повторной прививки) не решается озвучить очевидную мысль – если собак необходимо прививать повторно, а закон этого не разрешает, то необходимо менять сложившуюся систему. Если ветеринарные службы скованы рамками нормативного документа, то что мешает исправить эти рамки в пользу здравого смысла и защиты людей от того же бешенства?
Правда, если (чисто теоретически) такую поправку все же удастся внести, то сразу же выйдет на первое место цена вопроса. Во сколько раз тут же подрастут расходы бюджета, если каждую бездомную собаку придется ловить не единожды, а каждый год до конца ее долгой и счастливой бездомной жизни? Как мы ранее уже упомянули в нашем материале, численность бездомных собак в Орле никто не знает. Из чего следует логический вывод: какой смысл вообще в этих бессмысленных телодвижениях, если просто можно не выпускать отловленных собак, а наладить систему их устройства в добрые руки, как это прекрасно работает в других странах? Увы – это все риторические вопросы.
«Собака бывает кусачей только от жизни собачей»
В ходе обсуждения проблемы с собаками депутаты, участвовавшие в работе комитета, в который раз прошлись по всей цепочке отлов – стерилизация –вакцинация и т.д. Есть в этой цепи одно очень важное звено. А именно осмотр специалиста, который должен вынести вердикт – проявляет ли немотивированную агрессию пойманное и доставленное в приют животное? То есть специально обученный человек решает, оставить ли пожизненно в приюте очередного барбоса или отпустить назад?
И здесь необходимо сказать про самое важное, о чем изо всех сил молчат чиновники, а кинологов, увы, на комитет не приглашают. Собаки в принципе никогда не проявляют никакой немотивированной агрессии – мы подробно писали об этом в своих статьях уже несколько раз. Собака нападает на человека, когда защищает свою территорию (или когда считает ее своей), или когда защищает потомство, или когда пытается повысить свой статус в стае, когда выпрашивает корм (об этом мы уже упомянули чуть выше) – поводов для агрессии может быть великое множество. Так вот, когда бродячего пса отлавливают и привозят в приют, из-за чего ему кидаться на человека? Территория не его, щенков рядом нет, стая не наблюдает за его статусом, покормили от пуза, ничто ему не угрожает. Зачем же скалить клыки? Но стоит этого же пса вернуть на прежнее место – и «мочало сначала». Агрессия собак всегда мотивирована. Мотивирована окружением, жизненной ситуацией, землей, щенками – причин десятки, если не сотни. И пока неработающий закон не будет исправлен, орловцы так и будут оплачивать из своих налогов «покатушки» собак в приют и обратно. А заодно закидывать жалобами на укусы все мыслимые и немыслимые ведомства. Необходимо приглашать на комитеты кинологов, которые могли бы доходчиво и авторитетно разъяснить, какие именно законодательные изменения необходимо внести. Именно кинологи должны с опорой на свой опыт мотивированно раскладывать по полочкам, почему собак нельзя возвращать в те же условия, которые заставляют их кидаться на людей. И не надо здесь изобретать велосипед. Собака, покусавшая человека, в других странах всегда изымается безвозвратно. Можно говорить об одном и том же до бесконечности. (Депутаты горсовета решили вернуться к вопросу уже в следующем месяце). Но пока не начать действовать – ничего не изменится. Закон в той части, где описана «немотивированная агрессия», совершенно неработающий механизм. Это подтвердили и в ходе последнего комитета. На прямой вопрос – сколько отловленных собак было признано агрессивными и больше не вернулось на улицы города? – был дан такой же прямой и честный ответ: «ни одной агрессивной собаки в Орле не выявлено».
Сергей МИЛЯХИН
Фото со страницы Виталии Румянцевой ВК
https://vk.com/kot_i_pes_orel?z=photo51516603_457299953%2Fphoto_feed51516603
