№1 (188) от 14 января 2026 г.
В конце декабря прокурор Орловской области Алексей Тимошин провел традиционную встречу с представителями ведущих региональных СМИ, во время которой опять же по традиции подвел итоги работы прокуратуры в 2025 году и ответил на вопросы журналистов. В ходе двухчасовой беседы с прокурором журналисты затрагивали самые острые и актуальные для жителей области проблемы.
Ниже «ОС-плюс» публикует наиболее интересные и важные, на наш взгляд, вопросы и ответы на них Алексея Тимошина.
– Каким вопросам в работе прокуратуры уделялось первостепенное внимание? Какие направления работы были приоритетными?
– Внимание уделялось всем вопросам. На недавней встрече президента с новым Генеральным прокурором президент подчеркнул: защита прав и свобод человека – первоочередная задача. И вся наша работа строится исходя из этого принципа. Все направления работы важны: борьба с коррупцией – важно, земля – важно, защита окружающей среды – важно, зарплаты – важно, нацпроекты – важно. Одно из основных направлений – защита прав и свобод детей-сирот, участников СВО и их семей, пенсионеров, многодетных семей, граждан, находящихся в сложной жизненной ситуации.
Прокурор Орловской области Алексей Тимошин
Фото Сергея Савина, “Орловская среда-плюс”
Повышенное внимание уделялось земельным вопросам: предъявлялись иски и еще будут предъявлены в начале года. Большей частью претензии касались Орловского района, Должанского, но нарушения находятся и в Корсаковском, и в Мценском районе, а если копать глубже, то в каждом районе области. Нацпроекты – важнейшая часть нашей работы, это очень актуальная тематика для граждан нашего региона, поскольку она касается строительства и ремонта школ, поликлиники Мценской ЦРБ (о ходе ремонта которой мне докладывают каждый день), и ФОКа на улице Матвеева в Орле, и отчасти студенческого кампуса (но там большей частью надзирает Генеральная прокуратура), и аэропорта – как вы помните, строители обращались ко мне по поводу невыплаты заработной платы.
– Что касается состояния преступности: есть ли положительные тенденции и над чем предстоит работать в следующем году?
– Положительные моменты есть. Уровень преступности снизился на 10 процентов – это достаточно приличный показатель. Отрадно, что снизилось число дистанционных мошенничеств и сумма похищенного мошенниками – практически на треть. Все-таки до людей начинает доходить, что нельзя никому давать номера своих финансовых документов, кем бы кто ни представлялся, чьим бы подделанным голосом ни говорил. Ни в коем случае никому! Сводку совершенных в регионе преступлений и правонарушений мне предоставляют каждый день, и отрадно, что в некоторые дни таких мошенничеств нет вообще. Раньше было четыре – пять – шесть ежедневно.
Уменьшилось количество преступлений против собственности – на 15 процентов, против личности – на 13 процентов, убийств – на 52 процента.
Число наркопреступлений и преступлений в сфере оборота оружия, наоборот, увеличилось (на 14,3 и 25 процентов соответственно). Для кого это прозвучит как минус, но для правооохранителей это плюс, поскольку характеризует эффективность их работы.
Вместе с тем есть и негативные моменты. Второй год идет рост подростковой преступности. Со статистикой не поспоришь, пусть на то есть и объективные причины – допустим, одна и та же группа подростков совершает много преступлений, и считается их количество. И количество преступлений больше, хотя число преступников меньше.
Увеличилось количество ДТП – на 41 процент. И на 53 процента – со смертельным исходом, с 26 до 40. Это не очень хорошая статистика. Возможно, она связана с уменьшением числа сотрудников ДПС, которые контролируют дорожное движение. Акты реагирования я вносил начальнику УМВД, мы достаточно подробно обсуждали этот вопрос, поэтому сейчас сотрудников ДПС в городе все-таки стало больше. Я сам езжу за рулем – и я это вижу. Когда есть увеличение числа правонарушений и преступлений, всегда ищешь причины. И к сожалению, много аварий, в том числе и со смертельным исходом, было с участием водителей, скажем так, пожилого возраста, которым уже за 80 лет. Мы направили представление в департамент здравоохранения с просьбой ужесточить медицинский контроль (при замене водительских прав).
– В прошлом году на встрече мы говорили о соблюдении законности при реализации нацпроектов. Как выглядит ситуация сейчас? Улучшилась ли дисциплина подрядчиков и заказчиков? Есть ли какие-то положительные моменты? Какие объекты вызывают у вас наибольшие опасения? Где вы видите самые большие проблемы на сегодняшний день?
– В этом году, если сравнивать с прошлым годом, ситуация все-таки немного получше: и по показателям официальной статистики, и по контрактации, и по кассовому исполнению. Удалось сдвинуть с мертвой точки строительство наших школ – если вы съездите на место, вы уже хотя бы их очертания увидите. К сожалению, там много проблем, у подрядчиков имеются долги. Более тяжелая ситуация у «АС Монтажа» (школа в д. Жилина. – Прим. ред.), но тем не менее они хотя бы вышли из экспертиз и понемногу начали строить, какие-то работы идут. Мы контролируем, мне оттуда снимки чуть ли не каждый день привозят. Все финансовые проводки сразу передают нам: у каких фирм закупают, сколько закупают, что закупают. Также они идут и в Управление БЭП (УМВД. – Прим. ред.).
Вы знаете, что по одной школе уголовное дело уже направлено в суд – в отношении руководителя «АС Монтаж» и субподрядчика. Но пока строят. У меня нет уверенности, что они достроят, у органов исполнительной власти уверенности больше. Но работа все-таки видна: если раньше там была только плита фундамента, то сейчас хотя бы прослеживаются очертания первого этажа. Ситуация примерно одинаковая и по школе в Жилина, и по школе на Родзевича-Белевича. Но подчеркну, что на Родзевича-Белевича материалов завезено больше.
Многострадальный «Титаник»: в следующем году ему исполнится 20 лет, будет «юбилей». Там тоже компания «Стрела» дышит на ладан, но они взяли на субподряд две компании, и сейчас там уже около 200 человек работает. После четырех месяцев простоя они начали хотя бы что-то делать. Органы исполнительной власти, которые ответственны за эту стройку, говорят о завершении работ в апреле, но если там так и будет работать 200-300 человек, то, я думаю, хотя бы в июне (завершили. – Прим. ред.). Срок закупки оборудования – тоже следующий год. С закупками мы их немножко активизировали, потому что до сентября там было ни шатко ни валко. Наверное, вы видели интервью, где они показывали оборудование, размещенное в двух кабинетах. Ну, это смешно – кабинет 15 квадратов, и вы показываете, что это медоборудование для больницы? Там должен быть минимум этаж! Сейчас немного активизировались «Орелгосзаказчик» и профильный департамент.
Мценская ЦРБ – тоже просроченный контракт. В настоящее время каждый день мне фотографии присылают. Там уже сделали пол; второй, третий, четвертый этажи практически готовы, висит потолок, все обклеено, все есть. Там есть проблема с рентген-оборудованием – надо будет немного кабинеты переделать, но, дай бог, в этом году объект примем.
ФОК на Матвеева практически готов, но раньше мая его не примут. Потому что бОльшей частью осталось благоустройство территории. Внутри на 100 процентов все готово.
Про аэропорт сказать не могу, потому что я за ним не надзираю (строительство аэропорта – в ведении транспортной прокуратуры. – Прим. ред.). Но хотелось бы, чтобы воздушная гавань заработала через два года.
Если брать дороги, которые ремонтируются по нацпроектам, то не сделаны в основном те, где двухлетние контракты. Это улицы Салтыкова-Щедрина, Комсомольская. Да, по Комсомольской подрядчик подвел, но в следующем году ему сказали ускориться. Контракт двухлетний, и санкции к ним не применишь.
Важный для людей вопрос – это ФАПы, которые должны строиться чуть ли не каждый год. В этом году выявилась такая непонятная проблема, когда заключается контракт на строительство, особенно если ФАПы модульные, как в селе Русский Брод, то в контракте не прописано подключение к сетям. Поэтому все контракты дозаключили, чтобы в этом году все ФАПы были подключены.
Это по основным объектам. А в общем, повторю, статистика по нацпроектам в этом году лучше, чем в прошлом.
Свои вопросы прокурору Орловской области Алексею Тимошину задала и редакции газеты «Орловская среда-плюс». Они касались таких важных для граждан сфер, как питание дошкольников в детских садах и работа общественного транспорта.
Фото – прокуратура Орловской области
– Уважаемый Алексей Николаевич! С января 2026 года повышается цена проезда в общественном транспорте. Уже сейчас жители города Орла понимают, что повышение тарифа никак не отразится на качестве перевозок. В пабликах в социальных сетях граждане массово жалуются на работу перевозчиков. На наш взгляд, корень проблемы вовсе не в том, что какие-то отдельные перевозчики нарушают условия контрактов. Сейчас, когда в суде рассматривается дело вице-мэра Вадима Ничипорова, отвечавшего за организацию транспортного обслуживания в Орла, становится ясно, что в городе сложилась целая порочная система в сфере пассажирских перевозок. Отсутствие должного контроля за работой перевозчиков со стороны администрации города Орла, как мы полагаем, обусловлено коррупционной составляющей, включающей в себя взятки, поборы, покровительство конкретным перевозчикам со стороны чиновников. В переменах на рынке пассажирских перевозок не заинтересованы ни сами перевозчики, ни администрация города. Иначе невозможно объяснить, почему с нарушителями не расторгаются контракты, почему одни и те же перевозчики из года в год получают контракты на обслуживание одних и тех же маршрутов, почему для МУП «ТТП» вместо нового электротранспорта закупают автобусы большой вместимости, которые предприятие не может выпускать на линию в силу финансовых причин. При этом жители города Орла не получают должного транспортного обслуживания, что, по нашему мнению, является нарушением их прав. На все жалобы граждан администрация Орла отвечает стандартными отписками, никаких реальных мер для исправления ситуации не принимается. Что может в данной ситуации сделать региональная прокуратура для защиты прав жителей Орла, за счет которых получают свою прибыль перевозчики и пополняется городской бюджет? Какие конкретные меры надо принять, что изменить сложившуюся в Орле систему организации пассажирских перевозок и поставить транспортное обслуживание населения на должный уровень? Может быть, гражданам стоит подготовить коллективное обращение в прокуратуру?
– Ситуация двойственная. С одной стороны, мы вроде бы все время говорим: хватит подбрасывать деньги МУП ТТП. С другой стороны, часть людей говорит: нет, давайте поддерживать наш городской транспорт, муниципальное предприятие, там же работают люди. В ряде регионов вообще отказались от муниципального транспорта в пользу частников. Белгород отказался от трамваев – для них это достаточно дорого. Что лучше – должны власти думать. А мы надзираем за исполнением законов. Я согласен, жалобы на неудовлетворительную работу транспорта идут часто. Акты реагирования мы вносим, и их достаточно много. Но, к сожалению, эта ситуация не меняется. МУП ТТП только по нашим актам реагирования выделено 300 миллионов. Но вопрос в том, как они расходуются: зарплата, электричество, лизинг, налоги – и 300 миллионов эти улетают. Второй вопрос: губернатор сказал, что скорее всего это предприятие возьмут в областное подчинение. Может быть, ситуация улучшится. Там достаточно много проблем. Во-первых, старая материальная база. И если поддерживать это предприятие, то нужны инвестиции. Чтобы заменить троллейбусные линии, нужно больше двух миллиардов рублей. Трамвайные – то же самое. Вопрос – где их взять. Поэтому нужно решать: если мы поддерживаем предприятие, то ему нужны денежные средства, чтобы ТТП выкупило те автобусы, которые сейчас простаивают (лизинговые ПАЗы. – Прим. ред.), они достаточно новые. Их нужно выкупить, обслужить, получить лицензию на каждый. Если мы их выпускаем, то соответственно, мы должны под них подобрать маршруты. Но, наверное, ни для кого не секрет, по делу Ничипорова это было установлено, что за маршруты тоже платят частные перевозчики – деньги чуть ли не в туалете передавали (это по материалам уголовного дела идет). Поэтому нужно эту схему разрывать. И выпускать на прибыльные маршруты наш муниципальный транспорт. Но сначала его надо запустить, а для этого чуть ли не миллиард нужен.
– Для ТТП купили 48 ЛИАЗов, 800 миллионов потратили, из них на линии не больше 20, они стоят, их не на что обслуживать. Но если с ТТП все понятно, то и частники не выходят на линии в полном объеме. Когда шло следствие по делу Ничипорова, проверяли, сколько автобусов на линии выпускают частные перевозчики. Ни один частник не выпускает на линию больше 80% состава. И это еще много. А у большинства выходят 50-60% автобусов (от числа, предусмотренного контрактами). И никто никак на них не может воздействовать. Как их можно заставить работать как положено по контракту?
– Расторгать контракты.
– Не расторгают. Как можно заставить мэрию расторгать контракты?
– Единственный орган, который может обязать это сделать, это суд. Но тогда точно пешком ходить будем. Поэтому нужно смотреть, как изначально заключаются контракты. И я уже дал поручение прокурору с января посмотреть все контракты, которые будут проходить. Я понимаю, что вы имеете в виду ИП, которая на них «сидит», у нее большинство этих маршрутов, поэтому посмотрим, как именно с ней связаны те или иные маршруты. Ни для кого не секрет, что привозят автобусы из других регионов, чтобы показать чуть ли не мэру: вот, они будут ходить. А вечером они уезжают в Брянск, а на маршруты выходят другие. Этим вопросом мы тоже занимаемся. А вопросы хищений, взяток и тому подобное – это вопросы оперативных служб…
Я сторонник того, чтобы соблюдались права людей, а не предпринимателя какого-то, не МУП «ТТП». Хотя МУП «ТТП» еще раз нужно было бы полностью проверить – с КСП, с УБЭПом, потому что это как бездонная яма. Когда МУП «ТТП», находясь по сути в предбанкротном состоянии, закупает большое количество автобусов, зная, что они не смогут их обслужить, выкупить (из лизинга), не смогут получить лицензию и не смогут выпустить на маршруты, – зачем это делать? Руководитель должен действовать прежде всего в интересах предприятия.
– Совсем недавно по материалам прокуратуры Орловской области было возбуждено уголовное дело по факту ненадлежащего обеспечения продуктами питания воспитанников детских садов. Примечательно, что после вмешательства прокуратуры заблокированные счета детских учреждений были разблокированы – в бюджете вдруг нашлись деньги на частичное погашение долгов перед поставщиками. В интервью «Орловским новостям» Вы сообщили, что дали поручение разобраться в ситуации досконально, включая проверки проведения торгов по выбору поставщиков и закупочные цены.
Не считаете ли вы, что данный кризис был создан искусственно, дабы перераспределить рынок поставок детского питания в пользу определенного поставщика (детские сады, которые обслуживает конкретная компания, кризис не затронул, при этом, по данным редакции, питание на одного ребенка у данного поставщика стоит почти в два раза дороже)? Будут ли проводиться проверки по этому поводу? Какие меры может принять прокуратура, чтобы в дальнейшем исключить повторение подобных ситуаций как в детских садах, так и в школах, где, кстати, также имеются проблемы с качеством питания, о чем сообщают родители школьников в социальных сетях (например, лицей №1, 32, школы №40, 28)?
– Мэрия под конец года была должна чуть ли не три миллиарда рублей – огромная сумма. При составлении бюджета города Орла на следующий год мы добились того, чтобы из доходной части были исключены два непродающихся объекта – гостиниц «Русь» и «Орел» (сумма – порядка полутора миллиардов рублей. – Прим. ред.). Я неоднократно говорил, что это бред – включать в бюджет объекты, которые вы не думаете продавать. А если даже будете продавать, их никто за эту сумму не купит. Теперь их в бюджете нет, поэтому бюджет более-менее реальный. В прошлом году он был нереальный. Каждый вторник я принимал предпринимателей (мы это освещали), и основные жалобы – на неисполнение муниципальных контрактов, когда не выплачивались деньги за поставку продуктов, ремонты школ, детских садов. После нашего вмешательства часть денег выплачивали предпринимателям. Но в этот раз ситуация дошла до точки кипения, поскольку должны огромные суммы. И, понимая, что решения арбитражного суда не исполняются, приставы ничего сделать не могут, у администрации денег нет – с родительской платы они не вправе их взять, потому что это отдельные счета, и они тоже заблокированы – предприниматели пошли на крайние меры. Кто-то вообще перестал поставлять питание в школы и в садики – и, соответственно, это вышло в общественную плоскость. Мы оперативно вмешались, вопрос разрешили – администрация быстренько нашла деньги – я думаю, это были все-таки областные деньги, которые им выделили. Это неординарный случай, потому что детей не кормить – это нормальным людям в голову не придет. Возбудили уголовное дело, я внес представление губернатору, чтобы профинансировали хотя бы часть долга предпринимателям. Это касается, кстати, не только питания, погасили и часть долгов по ремонту. А потом, когда начали вникать в ситуацию, смотреть поставщиков – они в основном одни и те же, их немного – стали изучать списки продуктов. Берем список – 22 позиции. Масло подсолнечное – 200 рублей, бананы – 209 рублей. Но я хожу в магазины. Я покупаю продукты. Ну, бананы, да, может быть, в «Атолле» столько и стоят, но в основном в обычных магазинах, куда ходят обычные люди, они стоят, особенно летом, 100, 120-130 рублей. 200 они стоят только весной, потому что весной в Эквадоре нет урожая, а 90 процентов бананов мы покупаем в Эквадоре. Яйца – 150 рублей десяток. Вы помните, когда у нас был кризис, тогда они стоили столько. Сейчас их можно купить за 60-80 рублей. Поэтому мы этим вопросом заинтересовались. Смотрите, какая схема. Администрация не заключает договоры с поставщиками, учреждения их заключают самостоятельно. И, как правило, их позиция такая: кто есть, тот пусть и будет. Поэтому мы прорабатываем вопрос о том, чтобы убрать поставщиков, у которых завышены цены, сделать отдельный счет, куда поступает родительская плата, на который не могут наложить взыскание ни налоговая, ни приставы, чтобы школы и садики могли распоряжаться этими деньгами и осуществляли расчеты с поставщиками. А поставщиков мы попробуем сейчас пересмотреть, сделать их, во-первых, орловскими, а во-вторых – прозрачными. Естественно, мы не можем никого заставить покупать у тех, а не у других, чтобы не сказали, что у прокурора есть какой-то интерес. Интерес один: чтобы были качественные, хорошие продукты и не за бешеные деньги. И любой предприниматель будет в этом заинтересован, потому что по сумме это практически под миллиард в год. Поэтому я считаю, что этот вопрос должен быть решен именно так: чтобы юридически самостоятельные образовательные учреждения выбирали лучшего для них поставщика.
Самое главное, что сейчас проблема с питанием в детских садах решена. Если, не дай бог, она всплывет еще раз, то надо будет кого-то сажать, это точно. Поскольку чиновники должны отвечать за свои действия. Естественно, мы не будем предъявлять претензий к директорам и к заведующим садикам, потому что объективно они люди подневольные. Тогда будут уже вопросы к мэрии и конкретно – к заму мэра по финансам, для которого эта ситуация не стала неожиданностью, как я понял. Но не будем забегать вперед – дождемся результатов расследования уголовного дела.
Я надеюсь, что такая ситуация больше не повторится, хотя говорить на 100 процентов достаточно сложно. Но мы постараемся сделать все возможное, чтобы такой ситуации не было.
Конечно же, в ходе встречи с журналистами прокурор не мог не сказать и самом громком деле последних лет – деле советника Лежнева. Обвинительное заключение по этому уголовному делу прокуратура утвердила буквально на следующий день. В чем конкретно обвиняется одиозный советник губернатора Клычкова – читайте в материале “Два брата, два чиновника, шесть коммерсантов: Лежнев и сообщество предстанут перед судом”.
